Джеймс Поттер появился через полчаса, застыв на краю поляны с мантией невидимкой на плечах, с люмосом на кончике своей палочки в крепко зажатой в руке. Постояв неподвижно несколько минут, после отмер и помявшись в нерешительности еще какое-то время, медленно двинулся какой-то неестественной, деревянной походкой в сторону девушки.

   Преодолев разделяющие их расстояние, он словно подкошенный, рухнул на колени рядом с ней и снова застыл не двигаясь, глядя на нее с отчаянием, наложенные же директором чары развеялись от соприкосновения с его аурой.

  Просидев так еще какое-то время, он медленно потянулся левой рукой к ее лицу и только тогда увидел зажатую в ней карту. Непонимающе уставившись на нее, он все же понял, что находится в его руке, после этого судорожно вздохнул и суетливо начал убирать ее в сумку, висевшую у него на плече, следом за картой последовала мантия невидимка, возникало впечатление, что он всеми силами тянет время, оттягивая неизбежное.

  Убрав вещи в сумку, он опять застыл в этот раз ненадолго и только после этого снова потянулся к лицу девушки и погладил ее по щеке, потом резко отдернул руку, видно вспомнил о фениксе, поэтому начал искать его глазами в кронах деревьев. Фоукс дождался, когда его найдут, курлыкнул перед тем, как сорваться с ветки, на которой расположился, и демонстративно медленно взвился в небо, устремляясь в сторону замка. Отлетев на приличное расстояние, на котором его уже невозможно было увидеть, и став вновь невидимым, он бесшумно переместился на поляну, где Поттер по-прежнему сидел возле тела девушки и теперь каким-то безумным взглядом сверлил ее. Потом по поляне разнесся его горестный стон, а затем раздались слова, в которых слышалась вселенская скорбь:

— Лили, любовь моя, что же ты со мной делаешь, почему ты выбрала Снейпа, а не меня? Зачем толкаешь меня на такие ужасные действия? Я ведь не хочу тебя принуждать, но ты хоть и встречаешься со мной вот уже пол года, но я же чувствую, что тебе не нравлюсь… если не сказать большего, я тебе отвратителен. — он замолчал на несколько минут, затем продолжил уже со злостью в голосе — Ты очень стараешься это скрыть, но у тебя плохо получается. Ну почему я тебе не нравлюсь? Чем я хуже этого оборванца Снейпа?

  Не получив ответа, он с неимоверным трудом преодолевая внутреннее сопротивление, достал из потайного кармана мантии флакон. После этого он снова застыл, словно на это действие потратил все силы, которые у него были, и снова замер, так и сидя рядом с девушкой, держа в руках флакон до тех пор, пока она не застонала и слегка не пошевелилась.

   Это стало для Поттера триггером, выводя его из непонятного оцепенения, в котором он пребывал до этого и наполнил его какой-то злой энергией. Он резко наклонился к девушке и почти касаясь своими губами ее губ, прошипел:

— Теперь ты будешь моей точно, потому что это запрещенное приворотное зелье дает полное подчинение одного над другим, а также вызывает зависимость от физической близости, то есть от моей, потому что в нем не только твоя кровь, но и моя. Так что ты будешь не просто желать близости со мной, а не преодолимо жаждать ее.

  Он резко от нее отпрянул, с хищной злой улыбкой на перекошенном лице быстро откупорил флакон, и с помощью специального медицинского заклинания переместил зелье прямо ей в желудок. Глядя на то, с какой легкостью и виртуозностью он переместил это зелье в желудок девушки, можно было понять, что к такой ситуации он очень заблаговременно и тщательно готовился.

  В Поттере больше не осталось той неуверенности и каких-либо сомнений, которые он проявил до этого. Спрятав флакон в карман, он подхватил Эванс на руки, зарылся носом в ее волосы и с чувством глубокого удовлетворения втянул в себя ее запах, по-звериному оскалившись, а уже после не колеблясь ни секунды понес ее в замок, крепко прижимая к своей груди.

   Проследив за Поттером до больничного крыла и до того момента, когда целительница выгонит его, оставив Эванс у себя, феникс отправился на доклад к директору.

   Появившись в кабинете под скрытом, чтобы как-нибудь случайно не помешать хозяину на тот случай, если он еще не закончил со Снейпом. Чтобы тут же убедится в том, что он не только не закончил работу с ним, а также увидеть и понять, что все не так прекрасно, как Альбусу казалось в начале. Из этого следовало, что он не только не закончил, но и то, что неизвестно сколько ему для этого еще потребуется времени. И поэтому Фоукс с чистой совестью отправился в Запретный лес.

   После нескольких часов приятной охоты феникс появился в кабинете у Альбуса как раз в тот момент, когда тот выпроваживал полностью дезориентированного Снейпа на лестницу, заливая ему в уши очередную дичь.

  Выглядел Альбус не лучше Снейпа, вымотанный, бледный, с темными кругами возле глаз. Было видно, что он едва держится на ногах, но старательно пытается это от Снейпа скрыть. Только после того, как он убедился, что Снейп не остался на лестничной площадке и без приключений вышел из его помещений, позволил себе расслабиться.

   Слегка пошатываясь, тяжело ступая, добрался до своего кресла и буквально рухнул в него, закрыв рукой глаза. В такой позе он просидел довольно долго, потом с трудом покряхтывая, он встал и шаркающей, старческой походкой отправился к шкафу, чтобы налить себе вина. Из чего можно было сделать вывод, что великому, светлому волшебнику пришлось полностью выложиться, чтобы пробить щиты выпускника его школы. И поэтому, вместо того, чтобы призвать к себе бутылку магией, он вынужден был отправиться за ней сам.

  Захватив бутылку и бокал, Дамблдор, добравшись до мягкого кресла возле камина, уместился в нем и потом еще долго потягивая вино и смотря в одну точку, думал только одному ему ведомые думы.

 Так Альбус просидел несколько часов, Фоукс и тем более Дор, не решились прервать столь гнетущую тишину. Феникс, удобно устроившись на своей жердочке, и спрятав голову под крыло, спал. Дор же предпочел не проявляться, и не выходя из тела феникса застыл в ожидании дальнейшего, а то что это не все на сегодня, он знал, даже большее, он был уверен в этом.

   Так и произошло, как только Альбус очухался, первым делом устремил требовательный взгляд на сидящего на жердочке феникса. И хотя он уже не выглядел столь измученным, но в его взгляде все же проскакивали отголоски боли, которые из-за усталости у него не получалось спрятать.

— Ну, как там у Поттера, все получилось?

  Призрачный образ Дора начал медленно проявляться в воздухе и только после того, как Дор уплотнился, он с достоинством произнес:

— Да, в этот раз все вышло как надо, он заклинанием отправил зелье ей прямо в желудок так, чтобы наверняка сработало и отнес ее к Поппи. А дальше, ну ты же знаешь Поппи, она тут же его выставила, не слушая никаких возражений.

   Интересно было посмотреть на Поттера в ситуации, когда тот не знает, что сказать — это было редкое и незабываемое зрелище. Ведь не мог же он Поппи объяснить, что напоил Эванс приворотным зельем и ему желательно было бы быть при ее пробуждении рядом, чтобы произошла еще большая привязка к нему.

— Ну, хоть тут все отлично. — а потом Альбус с чувством выругался и увидев изображенную на лице Дора заинтересованность из-за его столь непривычного поведения, пояснил: — Вот, кто мог бы подумать, что Снейп, такой гордый, чересчур щепетильный и болезненно реагирующий на любые направленные на него оскорбления, пойдет на своё сознательное унижение при всех, чтобы разыграть правдоподобную ссору с Эванс, этим самым защитив их отношения? Да, недооценил я его.

  Немного помолчав, Альбус экспрессивно воскликнул:

— Страшно подумать, что бы было, если бы я сегодня не решил на Эванс повесить маячок?

— Хм… завтра вместе с Поттером вы вдруг бы обнаружили, что она неуязвима для приворотного зелья, пока существует магическая помолвка между ней и Снейпом.

— И я о том же. Да, ладно, как говорится: нет худа без добра, сегодня ситуация получилась даже более естественная, чем бы Поттер смог придумать для опаивание Эванс зельем. Да и это уже неважно, это уже в прошлом, раз Поттер напоил Эванс приворотным. — отмахнулся он от этой темы — А что меня сейчас волнует, так это то, что сегодня я едва смог преодолеть природную ментальную защиту Снейпа.

— И как? — спросил Дор, не дождавшись продолжения.

— А никак, если бы не его испуг за Эванс и из-за того, что их раскрыли, прихватив на горячем. Плюс запредельная доза зелья, что я разработал для преодоления защиты у магов, имеющих ее от рождения. И даже после этого у меня никак не получалось взломать его защиту, пока не додумался сообщить Снейпу какое приворотное зелье Поттер собирается использовать на Эванс и только после этого известия я смог прорваться в его сознание.

— И что это за зелье? — как бы невзначай поинтересовался Дор.

— Хмк. Представляешь, этот Поттер нашел старый рецепт приворотного зелья, созданное предком Снейпа и сразу же запрещенное, потому что оно необратимо. Так вот, где Поттер достал этот рецепт, он не говорит и где он нашел мастера, чтобы его сварить, это еще та загадка. А так же интересно было бы узнать о том, откуда Снейп узнал состав этого зелья, если он не имеет контактов со своим родом? Когда я уже ни на что не надеясь принялся перечислять ингредиенты, входящие в это зелье, только после этого на миг он поддался отчаянию настолько, что это позволило мне проникнуть в его сознание.

— Ты все смог сделать, что планировал? — равнодушно спросил Дор.

— Нет, только по минимуму подправить те воспоминания, где он с Эванс поругались, только теперь для него это произошло по-настоящему. Ну и еще сумел сделать две ментальные закладки, одну на доверие ко мне, а вторую, чтобы он решил обратиться к Тому за помощью в получении мастерства и принять от него метку.

— Неплохо получилось.

— Да, ты прав, Дор, в итоге, действительно, неплохо получилось. Ну и силен мальчишка в менталистике, это в свои семнадцать, а что будет, когда он наберется опыта. Я думаю, Том обязательно им заинтересуется, может чему еще научит и тогда ему не будет равных.

   Правда, я выяснил один неприятный сюрприз. Снейп, оказывается, начал заниматься изучением менталистики, почему мне и пришлось увеличить дозу зелья и сообщить о намерениях Поттера и какие средства он собирается применить к Эванс и после этого всего мне едва хватило силы заставить его забыть о том, что я проник в его сознание и все с момента, когда Эванс сунула ему в руки записку, как и саму ситуацию с запиской. Так что при любом раскладе, даже с зельем, я больше не полезу ему в голову, иначе могу и не выжить.

    Немного помолчав, он с кряхтением поднялся из кресла, и направился в сторону спальни, а по пути обронил:

— Завтра я жду отчёта о встречи Поттера с Эванс.

  И уже из-за двери до Дора долетело на последок:

— Кстати, с утра посмотри, что там со Снейпом будет после сегодняшней процедуры, если что… постарайся незаметно доставить его ко мне, я не хотел бы, чтобы Поппи лишний раз волновалась.