Как только картинка остановилась, в этот раз уже Альрус подхватил отца под руку и повёл в сторону красного круга.

— Отец, — вкрадчиво начал он по пути — а вот объясни мне чем ты руководствовался, когда принимал решение не пытаться уничтожить это открытие?

— Сначала ответь себе на такой вопрос, сын. Какова степень вероятности свершения этого события без вмешательства со стороны одной из Сестер? — спросил Гарри, попытавшись освободить свой локоть из захвата сына.

— Что конкретно ты имеешь в виду? — не позволяя отцу освободится, спросил Альрус.

— Я понимаю тебя, Альрус. Первым моим побуждением, которое меня посетило, было желание немедленно уничтожить все образцы и материалы этого проекта.

   Потом я передумал. Прежде чем совершить какое-либо действие, руководствуясь одними лишь эмоциями, я решил сначала подумать, а перед этим хорошенько напиться.

   После трехдневного запоя я уже мог без ужаса думать о создавшейся ситуации и смог ответить на заданный себе вопрос. Без вмешательства хоть одной из Сестер вероятность того, что моя кровь пролилась именно на этот вариант артефакта стремится к нулю. — на поднятую бровь сына в немом вопросе он пояснил:

— Я имею в виду состав кристалла при его создании и совпадение с определённой последовательностью наложения чар при создании артефакта. Какова вероятность совпадения, что именно на этот самый удачный из всех вариантов артефакт прольется моя кровь?

— Согласен с тобой, вероятность такого совпадения ничтожно мала.

   Немного помолчав и обведя рукой помещение, Гарри продолжил:

— Над всеми этими образцами, как и над другими из первых двух партий, я провёл эксперимент. Каждый образец, слышишь, сын, каждый, я пытался напоить своей кровью и ничего, понимаешь, ничего не получилось, они не впитывали мою кровь! — прокричал Гарри, потом он словно сдулся, ссутулился, и почти шепотом продолжил:

— Проведя эксперимент, я убедился в верности своего предположении, что кому-то из  Сестер понадобилось создание этой ситуации. Поэтому я принял такое решение, что полученный результат не уничтожать, а лучше постараться надежно его спрятать.

   Впоследствии я получил подтверждение того, что без непосредственного вмешательства Сестер, ситуация с порезанным в нужный момент пальцем и над лучшим образцом могла бы не произойти. Ну как, сын, ты и теперь меня осуждаешь за то, что я не пошёл против желания Сестер?

— Нет, отец, я тебя не осуждаю и не осуждал изначально! Мне нужно было точно узнать чем ты руководствовался в своем решении и только. То, что ты сейчас поведал, полностью меня удовлетворило. Мало того, я рад что ты смог с собой справится и не пойти на поводу сиюминутных эмоций.

   Так, разговаривая, они дошли до красной зоны и уселись в кресла, погрузившись каждый в свои размышления. Когда повисла тишина, Ри решил не отставать от них и разобраться в том, как он ко всему этому относится.

  Не могу понять в чем сложность и почему он не мог уничтожить все и забыть об этом?

   Сестры хотели, чтобы это произошло. Что он имел в виду, что лучше против их желания не идти?

   И как я сам к такому отношусь? Сложный вопрос. Все во мне склоняется к тому, что я должен поступать как лучше для безопасности меня и моей семьи, но где-то там, глубоко в душе, поднимается четкая уверенность, что Гарри прав, законы Сестер нужно соблюдать, так будет лучше для здоровья, как и откуда-то взявшееся понимание того, что если бы он пошел против желания Сестер, то были бы последствия и еще неизвестно какие.

  Сын его понял и поддержал, судя по его реакции. Поэтому я на данный момент времени приму их точку зрения, как рабочую. И так будет до тех пор, пока либо не получу подтверждения, что такой подход верен и она не станет у меня основной, либо, наоборот, когда получу доказательства, что их подход не верен, и тогда я ее отрину, как не подходящую мне.

   Затянувшиеся молчание прервал Альрус, он достал бутылку вина и бокалы из пространственного кармана и протягивая отцу уже наполненный янтарной жидкостью бокал, произнес:

— Давай немного расслабимся, а после можно будет и продолжить.

— Полностью тебя поддерживаю, но подожди немного. Я думаю, нам ещё не помешает и расслабляющая обстановка, которую сейчас активирую. — сказал Гарри, беря протянутый сыном бокал.

   Подержав его в руке и не найдя куда поставить, он вынужден был опустить его на пол. После этого положил руки на камень и закрыл глаза. Миг и по периметру красного круга возник прозрачный купол, по которому начали периодически весело пробегать разноцветные огоньки.

   Снова смена антуража произошла мгновенно и вместо зала за тонкой защитной пленкой вдруг появилась толща воды, а красный круг с двумя креслами, окруженный защитой, оказался лежащим на морском дне.

— Какая красота, отец! — восхитился Альрус, нисколько не стыдясь проявлять свои чувства. Ри полностью был с ним согласен. — Здорово! Это то, что сейчас нам с тобой действительно нужно.

— Я так и думал, что ты оценишь. У нас на все есть полчаса, чтобы хорошо расслабиться.

  Пока Гарри с сыном, откинувшись на спинки кресел, попивая из бокалов вино, расслаблялись, созерцая морской мир под тихую приятную музыку, Ри сначала окинул взглядом всю открывающуюся перед ним картину, а затем решил переместиться за защитный барьер и у него это получилось.

 Было восхитительно приятно пройтись по рельефному дну, посмотреть вблизи застывших в причудливых формах кораллы, спугнуть стайку мелких разноцветных рыбок, снующих вокруг их, а вот ярко-красная морская звезда, вальяжно расположившись на самом видном месте, на его прикосновение никак не среагировала.

 Подойти к расщелине возле высокого каменистого пика, выходящего своей вершиной из воды.  Зависнуть невысоко над морским дном возле тянущихся высоко вверх ленточных водорослей, понаблюдать за тем, как они величественно колышутся от движения голубиных вод. Найти несколько ярких рыбок покрупней, которые также проигнорировали его прикосновения.

   Упасть на спину, раскинув руки и смотреть как сквозь толщу воды пробиваются лучи полуденного солнца. Они, словно хорошо отточенные кинжалы, неумолимо пронзали воду до самого дна.

   А потом с восторгом замереть в восхищении, когда из темной части моря появилась она! Красавица морских глубин, белая акула. Она появилась стремительно, нацелившись на защитный барьер там, где находилась ее добыча. Виртуозно отвернула буквально в нескольких сантиметрах от защитного барьера, а потом она, рисуясь, проплыла рядом с куполом, делая вид, что ее не интересуют те, кто сидит за ним.

   Ри подплыл к ней и прикоснулся к ее боку, она словно почувствовала это и стремительно покинула зону видимости. Но охотничий инстинкт заставил ее вернуться, чтобы начать кружить вокруг купола.

   Ри вернулся под защитный купол, чтобы успеть услышать вопрос, заданный Альрусом:

— Почему ты сказал, что у нас только полчаса для нахождения здесь?

— Потому что у этой локации, — а на поднятую вверх бровь сына тут же дал пояснение. — так я называю некоторые свои воспоминания, в которых нет людей. Так вот, у этой локации, как выяснилось позже, есть побочный эффект в виде лечебного воздействия.

   От посещения этой локации в два раза быстрее заживают раны, расчеты показали, что при регулярном посещении могут сниматься полностью или частично уменьшаться сила наложенных проклятий. Также нахождение здесь помогает восстановлению психики, мозги в два раза быстрее и четче начинают работать. 

— А почему об полученном оздоровительном эффекте ты говоришь с печалью в голосе? — с насмешкой спросил сын.

— Потому что если тебе плохо или ты болеешь, то здесь тебе становится лучше, как нам сейчас, но даже как бы тебе нездоровилось, больше получаса здесь находится нельзя. Через полчаса, если не покинуть эту окацию, начинается откат к начальному состоянию.

— Почему так происходит, ты не выяснил?

— Нет, — резко ответил Гарри, словно отрезал, потом вспомнил, что сын тут не причём и уже более мягко пояснил: — потому что, если ты здоров и у тебя хорошее настроение, то нахождение здесь становиться опасно для здоровья, так что получается не до исследований.

— Мне кажется, что ты мне что-то не договариваешь?

   Гарри поморщился, но все же ответил:

— Понимаешь, Альрус, у меня на эту локацию были такие планы, а в итоге! — он махнул рукой. — Вместо того, чтобы даже просто по наслаждаться красотами морского дна, я вынужден ограничивается только получасом времени и то только тогда, когда нездоров, то есть находясь в таком состоянии, когда нет особо дела до красот.

— Сочувствую.

— А, да ладно! — отмахнулся он.

   Миг и морское дно исчезло, а на его месте невдалеке от красного круга, появилась уже знакомая серая мгла.

— Ну что, сын, тебе полегчало?

— Вполне, отец. Спасибо.

— Да не за что. Продолжим?

   Получив утвердительный кивок, Гарри задал вопрос, чтобы удовлетворить свой возникший интерес.

— А теперь объясни мне, сын, как так получилось, что узнав о том, что с помощью моей крови можно получить псевдо жизнь, ты совершенно не был удивлен этим фактом?

— Подожди, отец, — остановил Альрус отца. — псевдо жизнь, что конкретно ты под этим подразумеваешь?

— Кролик, он живой, его мясо можно есть и оно даже переварится не нанеся вред организму и так будет до тех пор, пока включена локация. Но если ее отключить, то переваренное мясо тут же превратится в яд. Потому я этот эффект назвал псевдо жизнь.

— Ясно. Поясни, что ты хочешь от меня узнать?

— Так вот, я обратил внимание, что когда ты узнал о возможностях моей крови, у тебя это не вызвало никакой реакции. Вернее будет сказать, ты среагировал именно так, словно уже знал об этих возможностях моей крови. Ты не хочешь со мной поделится источником твоих знаний?

    Альрус ответил не сразу, некоторое время дал себе на обдумывание, а потом что-то решив для себя, произнес:

— Хорошо, я поведаю тебе причину почему не удивлён тому, что твоя кровь может оживлять иллюзии, но прежде ты должен ответить на несколько вопросов.

   Альрус замолчал, глядя на отца тяжелым взглядом, затем спросил:

— Ты проверял, просто заготовка под артефакт впитывает твою кровь?

— Нет, — отозвался Гарри, но увидев иронично поднятую бровь сына, поспешил добавить — кристалл, как заготовка, совершенно инертен к моей крови.

— Это уже лучше.

   Сделав небольшую паузу, он продолжил допрос:

— Скажи, ты исследовал этот артефакт на возможность впитывания им другой крови?

— Нет. — жестко ответил Гарри, но помолчав, добавил: — Как только у меня возникала мысль о подобном, так сразу же появлялось чувство опасности и категорическое нежелание этого делать.

— Понятно.

   Откинув голову на спинку кресла, Альрус прикрыл глаза и по его лицу было видно, что он борется сам с собой. Но вот борьба была закончена и открыв глаза, он тихо заговорил:

 — Теперь, когда ты мне открыл свою тайну, нежелание поить артефакт чужой кровью становится не актуальным. Предлагаю тебе провести эксперимент с моей кровью. У тебя есть готовый артефакт иллюзий, не напоенный твоей кровью?

— Есть. — произнёс отец, сильно побледнев. Его зелёные глаза буквально замерцали от ужаса, но он смог взять себя в руки и быстро положил руки на управляющий камень.

   Через несколько долгих минут за креслами раздалось тихое шуршание. Обернувшись, Альрус смог увидеть, как в полу открылась крышка люка, которая при поднятии издала привлекший его шум. Не вставая с кресла, можно было спокойно разглядеть проход, ведущий вниз.

— Все материалы, ингредиенты, как и артефакты для этого проекта хранятся там. — тихо проговорил Гарри.

  Поднявшись с кресла, он махнул рукой в сторону открывшегося прохода и подойдя к проему на негнущихся ногах, начал спуск по винтовой лестнице.

   Альрус еще посидел какое-то время, давая отцу время на спуск и только после этого поднялся с кресла, отправляясь вслед за ним.

   Ри пристально вглядывался в лицо Альруса, пытаясь найти подтверждение своему предположению, что артефакт примет кровь Альруса и что он это точно знает, а не просто догадывается об этом. Ри было интересно откуда у него такая уверенность и чем она вызвана.

  Альрус и следующий за ним Ри, спустившись по лестнице, сразу попали в небольшое помещение, в котором вдоль стен стояло несколько шкафов с множеством ящичков, а также стеллажи, на которых были выложены различные заготовки.

  Дождавшись когда сын спустится, Гарри подошел к одному из шкафов, пробежал глазами по их обозначениям и выбрав нужный ящик, достал артефакт и положил его на стол. Выдвинув ящик стола, достал небольшой серебряный нож и ручкой вперед протянул сыну.

   Альрус криво улыбнулся, беря из рук отца нож и резко полоснул им по ладони, позволяя своей крови оросить артефакт. Тот тут же ожил и начал активно поглощать подношение и в конце засветился таким же насыщенно оранжевым светом, как и от крови его отца.

   Гарри внимательно наблюдал за реакцией сына, а также за тем, как его кровь впитывает артефакт. Дождавшись, когда сын залечит рану, он стремительно шагнул к нему и обвинительно тыкая пальцем в грудь, заявил с возмущением:

— Ты знал, ты все знал!

— Не знал, я только предполагал. — очень спокойно, почти равнодушно поправил его сын. — Просто вероятность того, что моё предположение верно, была очень высокой.

— Я хочу знать откуда у тебя такие гарантированные предположения.

— Я тебе все расскажу, только не здесь. — обводя помещение взглядом, в котором не наблюдалось сидячих мест, кроме высокого табурета. — Пойдем, поговорим наверху.

   Положив аккуратно артефакт на стол, Альрус неспешно направился к лестнице, ведущей наверх.